+7 (495) 374-77-80

г. Москва, ул. Ленинская слобода
д. 26, к. С, оф. 237, (БЦ "Омега-2")

Как найти управу на «серых коллекторов», и что делать, если собиратели долгов пришли к вам?

Долги россиян перед кредитными организациями, переданные судебным приставам, перевалили за два триллиона рублей. Около 15% заемщиков имеют по 5 и более кредитов.
Нелегальных или «серых» коллекторов в России примерно в два с половиной раза больше, чем официально зарегистрированных взыскателей долгов.
Именно на «серых» коллекторов чаще всего жалуются должники: они используют жестокие и незаконные методы воздействия.
Если должнику звонит коллектор, в первую очередь нужно выяснить, на законных ли основаниях тот действует.
В случае незаконных требований можно обращаться в Федеральную службу судебных приставов.

Марьяна Торочешникова: Долги россиян перед кредитными организациями, переданные Федеральной службе судебных приставов, к началу осени перевалили за два триллиона рублей. Это сопоставимо с бюджетом страны на финансирование национальной безопасности, здравоохранения, образования, культуры, спорта, ЖКХ и окружающей среды, вместе взятых. А сколько плохих долгов, то есть с просрочкой по платежам более трех месяцев, передано коллекторам?

Андрей неохотно вспоминает события прошлого года. Он работал вахтами, зарплату регулярно задерживали, и ему не раз приходилось брать микрозаймы. Осенью 2017-го перед очередной вахтой он вновь обратился к микрозаемщикам, взял 30 тысяч рублей под 120 процентов годовых. Планировал отдать по приезде, но сложилось совсем иначе.

Андрей: На вахте на меня упала балка, и я получил перелом основания черепа. Попал в больницу. Мою семью атаковали два коллектора, стали приезжать домой. Жена была в шоке, ребенка сильно испугали. Заливали клеем замки, ломали ручки, рисовали долг краской на двери. Мне выплатили компенсацию, но этой суммы не хватило на все мои долги, сейчас осталось 58 тысяч.

Потерять честно заработанные деньги можно не только на огромных процентах, но и на пустых обещаниях тех, кто якобы может помочь

Корреспондент: Потерять честно заработанные деньги можно не только на огромных процентах, но и на пустых обещаниях тех, кто якобы может помочь. Сергей Хилин рассказывает, что взял 50 тысяч в кредит в банке, но отдавать по графику не смог. Растущий, как снежный ком, долг гасил небольшими суммами и всегда отвечал на звонки, сначала из банка, а потом и от коллекторов. Но когда неизвестные пообещали его зарезать, он забил тревогу и обратился к юридическую фирму «Единый центр защиты». Здесь обязались законно решить проблему Сергея и с долгом, и с коллекторами, но, как оказалось, только на словах.

Сергей Хилин: С меня просто взяли семь тысяч рублей, а за повторное обращение — сказали, неси еще восемь. Так мне легче было внести за погашение займа, чем в «Единый центр защиты». Совершенно никакой помощи не оказали. Все, что идет в рекламе, неправда! Там так же занимаются сбором денег, вплоть до того, что там же вас и закредитуют.

Корреспондент: Разговаривать с журналистами без руководства сотрудники организации отказались наотрез. Директор отделения юридической службы отреагировала на камеру весьма недружелюбно.

Работу таких организаций контролировать сложно, говорят эксперты. Так же, как и деятельность коллекторов, ее теперь проверяют судебные приставы, однако она остается непрозрачной. В Томской области нет ни одной официально зарегистрированной коллекторской компании, а люди, которые звонят и приходят к должникам с требованием вернуть деньги, работают в филиалах столичных фирм. Получается, что регулировать конфликт между должником и коллектором не всегда могут даже надзорные органы.

Марьяна Торочешникова: «Серые» коллекторы — новый вид игроков на рынке экономических услуг. Именно на них, если верить Федеральной службе судебных приставов, чаще всего жалуются должники. Принятый два года назад закон, устанавливающий правила поведения коллекторов при общении с должниками, написан только для добросовестных участников рынка.

Сейчас в реестре ФССП числятся 210 агентств, которые наделены правом взыскания долгов с заемщиков. При этом, например, ни в одной из северокавказских республик официально не зарегистрировано ни одного коллекторского агентства, нет их в Кургане, Томске, Тюмени, Омске, Владимире и еще ряде регионов. Но официальных агентств нет, а коллекторы есть. Согласно исследованиям, нелегальных или, как их еще называют, «серых» коллекторов в России примерно в два с половиной раза больше, чем официально зарегистрированных взыскателей долгов. Как найти на них управу? И что делать, если коллекторы пришли к вам? Спросим у Сергея Крылова, генерального директора Лиги защиты должников, и Алены Святышевой, руководителя юридического комитета Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств (НАПКА).

Согласно официальным данным, сейчас в России зарегистрировано около 200 коллекторских агентств, которые на законных основаниях могут приходить и собирать с граждан долги. С другой стороны, НАПКА сообщает, что на самом деле чуть ли ни в два с половиной раза больше так называемых «серых» коллекторов, которые как раз и творят все эти безобразия и беззакония. Получается, что закон, который приняли два года назад, пообещав всем должникам, что, наконец, закончатся ночные звонки, безобразные надписи в подъездах, заливание клеев, побои и угрозы, не работает.

Сергей Крылов: Закон очень жестко коснулся именно коллекторских компаний, и они, в принципе, заинтересованы в его выполнении. Пропаганды о том, как должнику пользоваться этим законом, фактически нигде не было. У нас есть такой закон и о потребительском займе, где уже до этого было регулирование количества звонков и так далее. Но если люди не умеют пользоваться законом, возникают ситуации, когда по факту закон есть, а практически должник его не использует. Откуда происходит рынок «серых» коллекторов? Должник не понимает, что не надо играть с коллекторскими агентствами, не надо играть с кредитором путем декларирования ложных обещаний: человек играет с огнем. И на рынке будут появляться не только профессиональные коллекторы, которые в своей части могут урегулировать эту задолженность, но и «серые», которые будут регулировать более сложные варианты. К сожалению, должник сегодня сам провоцирует возникновение «серых» коллекторов.

«Серый» коллектор — это фактически взыскатель вне закона, и он всегда был. До принятия закона у нас взыскателем был вообще юрист, которые ходил в суд, общался с контрагентом. Но у нас были и 90-е, когда не было юристов, и по этому поводу общались другие ребята. По большому счету ничего не меняется, кроме формы, содержание остается.

Алена Святышева: Принятый закон не в полной мере позволяет решать проблемы, и они действительно остались с прошлых времен. Никуда не исчезли хулиганы, злостные нарушители, которые применяют запрещенные Уголовным кодексом действия, и это, конечно, недоработки правоохранительных органов. Эти проблемы происходят оттого, что сегодня есть возможности, например, приобретать телефонные номера, которые ни на кого не зарегистрированы. Такие вещи необходимо законодательно регулировать и закрывать подобные лазейки.

И второй момент: сейчас уже есть определенная статистика о том, что микрофинансовые организации часто привлекают лиц, которые используют незаконные методы. Закон возложил на кредитора обязанность привлекать только лиц, входящих в государственный реестр, который ведет Служба судебных приставов. Однако, если он привлекает иных лиц, никакой ответственности за это не установлено. Хулиганов должна ловить полиция, но и кредиторы тоже должны более тщательно отбирать своих партнеров.

Марьяна Торочешникова: Для этого нужно понимать, каким образом конкретный долг человека оказывается у коллекторов. Беря кредит, я договариваюсь с банком, и все проблемы буду решать с банком. Откуда вдруг появляется это третье лицо? Много жалоб поступает, к примеру, и на то, что услугами коллекторов пользуются операторы мобильных сетей.

Сергей Крылов: Все вытекает из Гражданского законодательства. У нас есть две формы — либо можно стать представителем кредитора, либо можно купить долг и самому стать кредитором.

Алена Святышева: Как правило, изначально самим кредиторам выгодно взыскивать минимальную просрочку, которую допускает должник. Потом уже осуществлять деятельность по возврату задолженности становится невыгодно, и кредиторы стараются передавать на аутсорсинг эту задачу по возврату задолженности: там заключается агентский договор, договор оказания услуг, и эти привлеченные организации начинают заниматься взысканием. Когда срок задолженности у должника уже больше года, а он по-прежнему не погашает долг, становится вообще невыгодно иметь эту задолженность, и, соответственно, кредиторы стараются продавать долги уже сторонним организациям, которые профессионально занимаются этой деятельностью.

Марьяна Торочешникова: В России люди знают, что три года — это общий срок исковой давности. Если в течение трех лет никто не пошел в суд и не добился решения о взыскании с вас долга, то о нем можно забыть. Каким же образом эти долги трехлетней и пятилетней давности попадают к коллекторам, и они продолжают с ними работать?

Хулиганов должна ловить полиция, но и кредиторы тоже должны более тщательно отбирать своих партнеров

Алена Святышева: Тот факт, что прошел срок исковой давности, не означает, что прекратилось само требование. Оно продолжает действовать, и это абсолютно законно. Срок исковой давности говорит о том, что, придя за взысканием в судебном порядке, суд может применить это ограничение и отказать в иске. Это только по заявлению должника. Если должник не заявил, срок не применяется. Но это не означает, что право требования перестает существовать.

Марьяна Торочешникова: То есть это миф? Я просто знаю многих людей, которые целенаправленно не платят долги по коммунальным услугам, рассчитывая, что через три года все это спишется.

Сергей Крылов: Ничего не списывается, это все остается.

Марьяна Торочешникова: По данным Всероссийского центра изучения общественного мнения, более половины молодых россиян в возрасте до 34 лет нуждаются в экспресс-займах до зарплаты. А количество заявок на получение кредитов в микрофинансовых организациях перевалило за 91 миллион.

Корреспондент: Просрочки по выплатам и угрозы от коллекторов: Ирина Симонова никогда не думала, что окажется в такой ситуации. Она взяла кредит в «Юниаструм-банке» и первое время исправно выплачивала его. В 2017 года «Юниаструм» был реорганизован и присоединен к банку «Восточный» — там кредитную ставку Симоновой повысили в два раза.

Ирина Симонова: Я честно пришла и говорю: «У меня нет возможности выплачивать в таком графике такие суммы. Верните обратно процент, на который я соглашалась».

Корреспондент: Изменить условия договора банк «Восточный» не согласился. Ирина не смогла выплачивать возросший долг. Вскоре с ней связались коллекторы.

Ирина Симонова: Стали звонить люди с жутком бандитским текстом с шести утра и до одиннадцати вечера, с периодичностью четыре минуты. Они представлялись одной фразой – «банк «Восточный»». Разговоры были совершенно дворовые, босяцкие: «Вас спасет только смерть».

Анастасия Скрипник, юрист Лиги защиты должников: Установлено правило, что звонки могут быть с десяти утра до 20:00 вечера в будние дни, не чаще, чем один раз в день, не более двух раз в неделю и максимум восемь раз в месяц.

Корреспондент: Круглосуточно звонили не только Ирине, но и ее родственникам, требуя погасить долг заемщицы. После того, как Симонова обратилась за помощью к юристам, коллекторы затихли, но ненадолго.

Ирина Симонова: Все началось снова, только еще хуже. Они стали звонить мне на работу. Банк сказал, что «неприятности и смерть ждут не только вас, будут и проверки вашей школы».

Корреспондент: Ирине пришлось уволиться с работы, сменить номер телефона и начать процедуру банкротства.

Анастасия Скрипник: Если сумма долга превышает 500 тысяч рублей, а срок просрочки задолженности перед банками свыше трех месяцев, тогда можно обратиться в суд с заявлением о признании гражданина банкротом.

Корреспондент: В августе этого года суд признал Симонову банкротом, после чего коллекторы оставили Ирину и ее родственников в покое.

Марьяна Торочешникова: А если в регионе нет зарегистрированных агентств, там не имеет права работать никто, кроме судебных приставов?

Алена Святышева: Нет. Например, существуют коллекторские агентства, у которых есть различные подразделения, филиалы, представительства. Если должнику звонит компания, которая не представляется, начинает использовать угрозы, нецензурную лексику, то сразу понятно, что это хулиганы, и здесь метод борьбы один — зафиксировать номер телефона и отправить в Службу судебных приставов, можно также пожаловаться нам и в полицию.

Марьяна Торочешникова: На рынке появилось также много антиколлекторских агентств, которые берут деньги за то, чтобы решить вашу проблему, а на самом деле выясняется, что проблема только усугубляется.

Сергей Крылов: По сути, то, чем занимаемся мы, это юридическая работа. Договор можно расторгнуть, только вернув все, полученное по нему: верните долг и расторгайте договор. И никто ничего не реструктуризирует, перестаньте питать иллюзии. На других условиях кредитор просто ничего не дал бы.

Марьяна Торочешникова: Сейчас еще процветает такая схема: коллекторы сами как бы погашают долг человека перед этой организацией, получают право требовать с должника издержки и там уже накручивают проценты.

Сергей Крылов: Если бы третье лицо, пускай даже коллекторская организация, решила выкупить чьи-то долги, заплатить, то они разорились бы быстрее, чем начали работать. Есть такая практика — залоговые цессии — это когда новый взыскатель покупает пакет долгов, но еще ничего не платит и выплачивает ту сумму, которую он должен, только после того, как с ним рассчитается должник, и пока он не рассчитается с кредитором, он себе ни рубля забрать не может. И вот именно это позволяет посреднику зарабатывать на взыскании.

Алена Святышева: Просто так прийти и погасить долг за должника невозможно, потому что кредитор не может принять средства от постороннего лица, не видя договоренностей, иначе это будет безосновательное обогащение. Если гражданину звонит кто-то и говорит: «Я за тебя погасил, и теперь ты должен мне», — это просто незаконно, это мошенничество. Возможно, эти люди вводят должника в заблуждение, не погашают его долг, а просто покупают право требования.

Марьяна Торочешникова: А человек может проверить законность действий коллекторов?

Сергей Крылов: У цессии есть обязательное требование: обязательство перед новым кредитором у должника возникает с момента официального надлежащего уведомления в письменной форме первого кредитора о том, что произошла уступка права, с указанием, кто новый кредитор, и документами, подтверждающими саму сделку. Только после этого у должника возникает обязанность перед кредитором.

Алена Святышева: Кстати, если звонит человек, представляющий компанию из реестра, он должен представиться, предоставить все свои данные, все данные кредитора, сообщить о том, какова задолженность, и по этим данным уже можно понять, ваш это долг или нет. Разговоры записываются этим лицом, это обязательное требование — вести аудиозапись. И если вы в чем-то сомневаетесь, можно попросить у этого лица подтверждающие документы.

Марьяна Торочешникова: Какие долги, как правило, отдают коллекторам, о каких суммах идет речь?

Алена Святышева: Это абсолютно разные суммы. Например, автокредиты — это примерно от 500 тысяч рублей. Есть потребкредиты — это меньшие суммы. Маленькие суммы задолженности – это, скорее всего, микрофинансовые организации: граждане идут в эти компании, которые выдают кредит до зарплаты, и потом на них начисляются различные проценты, которые приводят к более серьезные суммам.

Марьяна Торочешникова: А коллекторские агентства вправе начислять собственные проценты?

Алена Святышева: Как правило, по договору передаются все права, которые были у банка, у кредитной организации, и помимо самих процентов за пользование кредитом, есть еще штрафные санкции. И здесь каждый решает для себя — выключить счетчик или продолжать начислять штрафы.

Сергей Крылов: Мы пытались понять, как продают этот долг, и почему к человеку, который должен пять тысяч, одно отношение, а когда у него пять миллионов долга, совершенно другое. В большинстве случаев это психология в чистом виде. Люди, которые берут в долг миллионы, берут их на приобретения дорогой недвижимости, для вложений в бизнес и тому подобного, и они очень подкованы даже в правовом поле, дипломатичны, и с ними идет совершенно другой диалог. А люди, которые берут пять тысяч рублей и умудряются даже их задолжать, это определенная категория людей, у них совершенно другая природа.

Марьяна Торочешникова: За счет чего зарабатывают коллекторы — они вправе устанавливать свои суммы штрафов и процентов?

Сергей Крылов: Нет! Речь может идти о том, будет ли новый кредитор начислять те же проценты, что и первый. Это на его усмотрение. И это упирается в 333-ю статью Гражданского кодекса и в Пленум Верховного суда, которые позволяют эти проценты нивелировать, убирать.

Марьяна Торочешникова: А зачем нужны коллекторы, если и так есть Служба судебных приставов?

Сергей Крылов: Это уже вопрос бизнеса. Вот есть банк, он продает какие-то свои продукты, и если он начнет заниматься взысканием, это значит, как минимум, офисы, специальное оборудование, телефония, заработные платы: это огромные вложения, на которых банк не зарабатывает, а теряет. И здесь есть вероятность потерять намного больше, чем если бы ты переуступил на определенном дисконте лицу, которое взяло бы на себя эту проблему.

Марьяна Торочешникова: Но если к тебе приходит пристав, к нему больше доверия: он государственный человек, он не будет заливать клей в замочные скважины.

Сергей Крылов: Но если у судебного пристава 200 дел, о какой его эффективности можно говорить? К тому же недавно прошла реформа, и их еще сократили.

Алена Святышева: По последним данным, на каждого пристава нагрузка превышена в 15 раз.

С коллекторами надо не бороться, а договариваться, они — эффективнейший инструмент в диалоге с кредитором

Сергей Крылов: Вот мы много лет боролись с коллекторами. А выяснилось, что с ними надо не бороться, а договариваться, они — эффективнейший инструмент в диалоге с кредитором. Ни один банк не будет с вами разговаривать, а с ними будет. А они будут разговаривать с вами. Это посредник, очень важный игрок, эффективнейший инструмент в бизнесе, как показывают и европейские страны, и Америка. Если мы не ударим должнику по рукам, он так и будет брать деньги.

Марьяна Торочешникова: Меня совершенно потрясли цифры недавно опубликованного исследования о том, что в России около 15% заемщиков имеют по 5 и более кредитов.

Сергей Крылов: Даже больше! В среднем — от семи до четырнадцати, и какие-то методы взыскания уже не работают. Надо бороться с причиной, а мы говорим о следствии и боремся с ним.

Марьяна Торочешникова: Национальная ассоциация профессиональных коллекторских агентств, которую вы представляете, это СРО, саморегулируемая организация. Вы должны следить за тем, чтобы в стаде не было паршивых овец, принимаете жалобы на деятельность коллекторов. На что вам жалуются?

Алена Святышева: Подавляющее большинство обращений – это, с одной стороны, уточнение информации, когда должник не понимает, кто ему звонит, почему и куда ему платить. Вторая, большая часть обращений – это третьи лица, которым звонят по той причине, что первоначальный должник, владеющим этим номером, оставлял его в качестве контактного. Основные проблемы в том, что коллекторские агентства и кредиторы не видят актуальной контактной информации своих должников и используют те данные, которые были на момент выдачи кредита. Это тоже двоякая ситуация, ведь часто и должники говорят, что они не должники. И потом уже идут жалобы, связанные с нарушением 230-го федерального закона.

Если говорить о членах НАПКА, тут мы не видим вопиющих нарушений, но какие-то нарушения бывают – например, коллектор позвонил не два, а три раза в день. Во всех случаях разбирается наш контрольный комитет. А подавляющее число жалоб на грубые нарушения приходят даже не на коллекторские агентства, а на структуры МФО или на сами МФО.

Марьяна Торочешникова: То есть на этих самых «серых» коллекторов.

Алена Святышева: Да, это структуры, которые сами выдают микрозаймы, или коллекторы, которые не находятся в реестре.

Марьяна Торочешникова: Сергей, а на что жалуются вам?

Сергей Крылов: Должники уже перестали жаловаться, научились с этим справляться. Больше жалуются родители, на которых идет очень сильный психологический прессинг. Родители не могут понять, почему именно они должны решать проблемы своих детей, которые часто уже давно с ними не живут. В этом случае надо просто прекращать диалог: если четко и жестко выразить свою позицию, в 99% случаев диалог заканчивается.

Марьяна Торочешникова: А как найти управу на коллекторов, которые действуют незаконно – расклеивают позорящие вас объявления, угрожают, звонят работодателю?

Сергей Крылов: Их могут остановить только правоохранительные органы, иначе это будет просто самоуправство.

Полная версия радиоэфира: Радио Свободы. Человек имеет право. Осторожно — коллекторы! 24.10.2018

Написать комментарий:

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

2011 — 2018 © Все права защищены
ООО «Крылов и партнеры»